Сельский детектив. Вдовец сжег соседку, посчитав ее ведьмой

Сельский детектив. Вдовец сжег соседку, посчитав ее ведьмой

Сельский детектив. Вдовец сжег соседку, посчитав ее ведьмой

Сьогодні, 10:28

В марте 2005 года в небольшом селе под Кагарлыком похоронили двух человек. На одних похоронах толпа народа собралась, слез было море, поминки на полсела. На других – три старухи и два старика над гробом тихо повздыхали да разошлись. Сельчане тогда и подумать не могли, как трагично могут быть связаны между собой эти две смерти. А когда узнали, крестились испуганно и между собой перешептывались: может, и правда Леонтьева ведьмой была?!

До большой прессы эта история тогда не дошла. А сейчас нам ее рассказал бывший начальник Кагарлыкского райотдела внутренних дел полковник в отставке Виктор Макаренко.

Недобрая сила

В селе люди жили дружно, любили ходить друг к другу в гости, чтобы новости вместе по телевизору посмотреть и политику обсудить. Одна старая Леонтьевна держалась особняком. Хата бабки на краю села стояла, дети или внуки из города к ней не приезжали, а соседи стучаться в покосившиеся двери побаивались. Ходила за пенсионеркой такая слава, будто она немножечко ведьма.

Ну не так, чтобы на метле ее видели или с чертом под руку, но вот с пучками разных трав постоянно. То утром по первой росе что-то рвет, то ночью в лес направляется. Местные ее зельями не пользовались – возила на электричке в райцентр продавать. А иногда, говорят, городские сами к ней заезжали за какими-то смесями.

И была у Леонтьевны такая особенность, что ни с кем она вроде не говорила, а вела себя так, будто все про всех знала. Особенно нехорошее. То Петру скажет, что у него от самогонки скоро печень откажет. То Марине шепнет, что муж в соседнем селе любовницу завел, а может и сельскому головенадерзить – берешь, дескать, деньги, посадят тебя. Недобрая сила какая-то.

“Больно щеки у тебя розовые”

А вот у Трофимовых, что жили с Леонтьевной по соседству, двери редко на замок закрывались. Во-первых, Петр был на все руки мастер и за работу небольшие деньги с людей брал. Во-вторых, Катерина такие вареники лепила, что лучших в селе не было. А еще запевала была на всех сельских посиделках, по праздникам – первая плясунья.

  Україна перестане публікувати авторів з Росії, Білорусі та Вірменії

Петр и Катя поженились, когда обоим было далекоза 30 лет. Оба пережили неудачи в личной жизни, обоих Бог детьми не наградил, поэтому запоздалым своим счастьем дорожили. Домик у них был добротный, стены чисто выбелены, заборчики выкрашены, а на огороде все росло, словно на дрожжах.

Когда я картошку или помидоры сажаю, то пою. Вот она меня и слушает – растет хорошо, – любила шутить Катерина.

Добрые люди, глядя на такую семью, радовались, завистливые – раздражались. А супругам, казалось, все нипочем. Катерина со всеми была приветливая, с каждым днем становилась все краше. В ее годы селянки уже бабками зовутся, а эта словно девица на выданье. Крепкая, сильная, румянцем светится.

Вот с этого румянца все и началось…

В конце лета 2004 года Катя шла из сельского магазина, любуясь ясным закатом. А тут Леонтьева с очередным пучком травы.

– Что-то у тебя щеки больно розовые, – обронила бабка. – Я тебе ничего не говорю, но ты сама подумай. А может, и к врачу сходи…

И потопала к своей старой хате, продолжая что-то бурчать под нос.

Катю эта встреча напугала. Дома рассказала мужу, а Петр только рукой махнул: что за ерунда!

– Эта Леонтьевна твоей красоте завидует. Ведьма старая. У нее самой, наверное, и женихов никогда не было.

Не больная, не беременная

А спустя неделю Катерина занедужила. Именно так. Потому что вроде ничего не болит, а силы тают и подташнивает иногда. Съездила в город в аптеку за тестом – нет, не беременна. Решила, что и правда ерунда, само продет.

А не проходит. Вот уже и румянец ушел, щеки подернула синеватая бледность, под глазами запали темные круги. Пришлось обращаться в местный медпункт. Фельдшер посмотрел, послушал, ничего тревожного не нашел, прописал витамины и отпустил пациентку домой.

  МУЗІКА. Puerto Candelaria - La Murga

Кате от этих пилюлек и правда чуть полегчало. Вот и славно – картошку в самый раз копать. Петр с краю стал накапывать, а Катя клубни из земли выбирать. Набрала одну кошелку, и снова стало плохо…

Теперь уже отправились в районную поликлинику. Там врачи тоже ничего не нашли и УЗИ не показало. Прописали противовоспалительное, снова витамины. Опять чуть полегчало, а потом хворь вернулась.

Врачи вынесли приговор

И характер у Катерины стал портиться. Уже не пела, не сыпала шутками, а плакала по любому поводу и капризничала, иногда прямо до истерики доходило.

Ой, смотри, чтобы не сглазили твою любимую, – качала головой жившая через дорогу Мария Павловна. – Дам тебе адресок одной знахарки – она хорошо такой сглаз яйцом выкатывает.

И яйцо пробовали, и свечку, и денег на ворожек не жалели. Снова та же легкая передышка, а потом как придавило!..

Стала Катя худой, мрачной и серой, как земля. Опять поехали в райцентр, и тут врачи вынесли приговор: онкология в запущенной форме.

После Нового года Катю оформили в стационар, капали, лечили, выписали. Снова положили. Перед 8 марта она была уже без сознания, только протяжно стонала, а из чуть приоткрытых глаз катились две тоненькие струйки слез. Петр до самого вечера просидел у кровати, держа жену за руки. На ночь уехал домой. Утром вернулся, а Кати уже нет…

Проклинал за колдовство

Как только Трофимову похоронили, пришла еще одна горькая весть – дом Леонтьевны сгорел вместе с хозяйкой. Хоть и противной она была, а все же жалко – такая ужасная смерть.

Впрочем, удивляться нечему. Электропроводка в доме старая, бабка печку топила – могла не доглядеть. Словом, несчастный случай…

Но судмедэксперт, проводивший исследования останков погибшей, нашел на черепе следы “прижизненных ударов тупым предметом по голове”. Прокуратура тут же возбудила дело, а сыщики начали шерстить село.

  В Україні змінився порядок припинення роботи транспорту в червоних зонах

Умышленное убийство – штука серьезная, на контроле у генерала. Поэтому следственно-оперативная группа по крупицам собирала сведения об образе жизни, связях, знакомствах покойной. Так установили, что сгоревшую многие за глаза назвали ведьмой. Ну звали и звали. Потом кто-то шепнул, что Петр Трофимов тоже как-то высказывался в адрес убиенной нехорошими словами, проклиная за колдовство. На первом допросе он это начисто отрицал. А после исчез из села.

Когда в опустевшем доме провели обыск, нашли начатую канистру с соляркой и одежду с характерным пятном. Экспертиза показала: горючий материал по составу такой же, что и следы, обнаруженные на пепелище.

Вскоре появилась информация, что Трофимов отсиживается у своих родственников в Киеве. Там его и взяли.

Видишь, Катенька, отплатил

Перед 8 марта, вернувшись домой от умирающей жены, Петр долго не мог найти себе места. Мотался из комнаты в комнату, выпил сто граммов водки и вдруг вспомнил, как Катя перед началом болезни рассказывала о своей встрече с Леонтьевной.

– Старая ведьма, это она во всем виновата, – проскрипел зубами Петр. – Сжечь бы ее на костре, как в старые времена.

И так эта мысль засела в голове, что после похорон больше думать ни о чем не мог. Поздно вечером, когда гости разошлись с поминок, набрал солярки, набросил ватник, сунул под полу молоток. Дорожку к дому Леонтьевны хорошо освещала Луна.

Ржавая калитка была открыта. Петр огляделся по сторонам – на улице ни души. Решительно направился к порогу и постучал в двери.

Леонтьевна поворчала что-то и открыла замки. В нос Петру ударил резкий запах полыни.

– Чертова ведьма, опять отраву варишь! – зарычал вдовец и вцепился старухе в горло.

Недодушив, стать бить молотком. Когда тело старухи обмякло, облил его соляркой и чиркнул спичкой.

– Видишь, Катенька, я за тебя отомстил…

Досудебным следствием вина Трофимова в совершении умышленного убийства была доказана, судебно-психиатрической экспертизой он признан вменяемым. Осужден к 15 годам лишения свободы.